- Что вы себе позволяете, сеньор Гамбоа? – оказавшись в плену сильных рук, возмутилась (но как-то уж очень неуверенно) Мария, - я добропорядочная католичка…
Шепот ее безнадежно потонул в смоляных кудрях обольстителя. Нужно было что-то немедленно ответить мистеру Доусону, чтобы он успокоился и убрался восвояси, а ну как ему и вправду придет в голову воспользоваться запасным ключом. От одной этой мысли у нее останавливалось дыхание.
- Все в порядке, сеньор Гоурадо, не стоит беспокоиться! – отозвалась, наконец, невольница мужских объятий на голос плантатора, - я не слышала никакого шума…
Бессердечный идальго, вместо того, чтобы скрыться в ночи, подобрав свой сапог, продолжал подвергать риску ее почти безупречную репутацию. Воображение Марии, одну за другой, рисовало страшные картины появления в спальне плантатора и последующего за ним переполоха. А что подумает сеньорита Алмейда, когда узнает, что ее служанку нашли в постели с совершенно незнакомым мужчиной! А что будут говорить за ее спиной на кухне, особенно, если сейчас на голос хозяина соберется вся прислуга? Господи Иисусе! А ведь она только собралась начать новую жизнь!
- Наверное, крепко спали, сеньорита? - проблеял Доусон, еще плотнее приникая к замочной скважине.
- Как безгрешный младенец, сеньор Гоуардо, - ослабевшая от возмутительно соблазнительных прикосновений кабальеро пискнула служанка.
- Пощадите мою честь, немедленно уходите или хотя бы спрячьтесь под кроватью! - пролепетала она, теряясь в райском блаженстве, которое обещало обернуться адским кошмаром, по крайней мере, Марии казалось, что за спиной у нее уже трепещут языки геенны огненной.
* совместно
Отредактировано Мария Флорес (2017-06-05 19:45:02)